Андроник (andronic) wrote,
Андроник
andronic

Category:

История Андроника Комнина, рассказанная andronic’ом (8)

Начало -> Продолжение -> Продолжение -> Продолжение -> Продолжение -> Продолжение -> Продолжение

15. Греческая трагедия.

События последних дней жизни и царствования Андроника Комнина можно пересказать в полном соответствии с традиционным сюжетом греческой трагедии, когда главный герой, пытаясь обмануть судьбу, сам оказывается ее орудием, приводящим его к смертельной
развязке.

Однажды, в самый разгар мероприятий по подготовке отражения норманнского войска на Константинополь начальник городской стражи Стефан Агиохристофорит – верный слуга императора, помощник его в самых темных и кровавых делах, прозванный «благодарными» придворными Антихристофоритом (охраняющим Антихриста) - докладывает Андронику, что по сообщению гадателя-гидроманта в период с 11 по 14 сентября тому следует опасаться человека с именем, начинающимся на «Ис». Андроник приходит к выводу, что речь идет о «императоре» Кипра Исааке Комнине, приславшем в город наемных убийц. Веря в предсказания, царь, на всякий случай, решает пересидеть опасные дни вне столицы. Взяв с собой своих прекрасных любимиц, он удаляется в Милудийский дворец, на другом берегу Босфора, оставив «на хозяйстве» начальника стражи.

Уже после отъезда императора, Агиохристофорит вспоминает о другом человеке на «Ис» - Исааке Ангеле, оставшемся в живых руководителе никейского восстания, сидящем в своем дворце под арестом. С несколькими солдатами он является к Ангелу, чтобы препроводить его в тюрьму. Увидев Агиохристоворита и стражников, обычно нерешительный и не особо деятельный Исаак Ангел понял, что речь идет о его жизни. Неожиданно он выхватил меч и одним ударом зарубил не успевшего опомниться начальника стражи. Пользуясь начавшейся неразберихой, Ангел, в чем был, запрыгнул на коня и поскакал к храму Святой Софии – традиционному убежищу преследуемых властью, крича на ходу: «Я убил Агиохристофорита!» Известие об убийстве не слишком любимого знатью и народом цепного пса императора взбудоражило весь город. Люди побежали к Святой Софии, где окровавленный и растрепанный Ангел раздирал на себе одежды и плача, и прося прощения, объяснял всем присутствующим, что совершил убийство исключительно спасая собственную жизнь.

В этот момент еще не поздно было прекратить волнения. Собственно, почти все были уверены, что с минуты на минуты Исаак Ангел будет схвачен и немедленно казнен. Но время шло, а за Ангелом никто не приходил. Тут-то и выяснилось страшное обстоятельство: вокруг императора больше не осталось людей, готовых и способных взять на себя ответственность. Те из них, кто не пал от меча по истинному или мнимому обвинению, либо томились в тюрьмах, либо, каких было большинство, прятались от непредсказуемой справедливости императора далеко от столицы. Агиохристофорит был убит, а императора в городе не было. Те же, кто еще вчера славословил императора, сначала выжидали, наблюдая за происходящим из своих дворцов, а потом постепенно стали переходить на сторону разгорающегося восстания.

К вечеру к Святой Софии стали подтягиваться знатные и влиятельные люди, в первую очередь, дядя Ангела Иоанн Дука со своим сыном Исааком, а затем и другие, а также множество простых горожан. Среди знатных людей немедленно стали распространяться слухи о неких проскрипционных списках, будто бы подготовленных Андроником для того, чтобы окончательно уничтожить все именитые фамилии Византии. Напуганные друг другом первые люди столицы и империи стали призывать народ к низложению Андроника и коронации Исаака Ангела.

Узнав после первой ночной стражи о случившемся, находящийся на малоазийском берегу Андроник немедленно написал горожанам грамоту, начинавшуюся словами: «Что сделано, то сделано, казней не будет». Но было уже поздно. Утром горожане высыпали из Святой Софии на улицу, требуя свержения Андроника и освобождая заключенных из тюрем, многие из которых немедленно присоединялись к восставшим. Патриарх Василий Каматир, в свое время назначенный на свой пост Андроником взамен непокорного Феодосия, насильно приведенный в Святую Софию, быстро понял, на чьей стороне сила, и без малейших угрызений возложил императорскую корону на голову Исаака Ангела.

Когда ближе к середине дня Андроник прибыл в Большой Дворец, он попытался организовать сопротивление и, по одной из версий даже пробился к храму, расстояние между которым и дворцом было невелико. Робер де Клари даже рассказывает, будто бы Андроник оказался в пределах непосредственной видимости от Исаака, и попытался поразить того из лука, но тетива оборвалась, и ошеломленный Андроник удалился обратно во дворец. Эту сцену Исаак Ангел впоследствии прикажет изобразить на стене в своих покоях, причем над луком будет нарисован ангел, который якобы, по божьему повелению, и порвал тетиву.
По другой версии, которой стоит больше доверять, Андроник отправил на захват Исаака свою варяжско-русскую дружину, а сам остался во дворце, стреляя в восставших из лука через бойницы дворцовой башни. В отличие от германских наемников протосеваста Алексея «варяги» и не подумали предать своего господина, и были все перебиты.

Поняв, что все кончено, Андроник сорвал с себя царское одеяние и, переодевшись русским купцом, на императорской лодке отплыл в Милудийский дворец, где забрал юную императрицу, и (иначе бы он не был Андроником) красавицу Марантику. Все обстоятельства его третьего бегства показывают, что в этот тяжелый для него момент, он попытался опять бежать на Русь, туда, где его однажды приютили, где еще правил в Галиче его друг Ярослав Осмомысл.
…Разыгравшаяся на море буря заставила Андроника со спутниками причалить к малоазиатскому берегу, где он был немедленно схвачен стражниками. Даже теперь, не умеющий сдаваться Андроник попытался перевербовать своих пленителей, или хотя бы уговорить их отпустить его. Но все было тщетно.

Андроника заковали в кандалы по рукам и ногам и провели по городу. В течение нескольких часов его били, вырывали волосы, выбили несколько зубов,
и в таком виде привели к новоиспеченному императору. Исаак Ангел встретил его насмешливым возгласом: «А вот и наш тяжеловес!», явно намекая на другую их знаменательную встречу, когда Ангел тащил Андроника на цепи к трону Мануила. Ангел явно думал, что неистово любящий жизнь Андроник будет сейчас на глазах у множества людей молить его о пощаде. Но перед ним стоял император.
Тогда Ангел перестал улыбаться и спросил Андроника: «Зачем ты предал господина своего, Мануила?». Но Андроник только презрительно ответил ему: «Не старайся, я все равно не буду с тобой разговаривать».
Ангел подошел к нему поближе, и тихо сказал: «Ты, узурпатор, убивший императора, надеешься стать императором, которого умертвил узурпатор? Ничего не выйдет. Тебя будет судить и казнить народ, которому ты причинил столько зла.»
Хотя более вероятно, что Ангел этого и не говорил.

Андронику отрубили секирой руку и бросили в темницу, где продержали несколько дней без воды и пищи.

Ликующая толпа отпраздновала свержение тирана, подчистую разграбив сокровищницу императорского дворца, вынеся оттуда все имевшееся там золото, серебро и медь. Новый император не препятствовал грабежу, видимо, не будучи уверенным в том, что в силах это сделать.

Через насколько дней ослабевшего и потерявшего много крови Андроника выволокли из тюрьмы, выкололи левый глаз, в одной разодранной тунике посадили на облезлого верблюда и провезли через весь город. Высыпавший на улицы городской сброд всячески издевался над поверженным императором, изрыгал проклятия, швырял в него грязь. И это были те же люди, которые еще недавно плясали на улице, прославляя своего императора. «..глупые и наглые жители Константинополя, - писал Хониат, -…сбежались на это зрелище, как слетаются весной мухи на молоко или сало, нисколько не подумав о том, что это человек, который недавно был царем и украшался царской диадемою, что его все прославляли как спасителя, приветствовали благожеланиями и поклонами, и что они дали страшную клятву на верность и преданность ему.» Андроника били и тыкали острыми палками, кидали в него камнями, человеческим калом и испражнениями животных. К чести Андроника можно сказать, что он не радовал своих истязателей ни единым криком, и только иногда издавал тихий, почти неслышный стон.

Наконец, ужасная процессия достигла площади, на которой стояли изваяния ярящихся друг на друга волчицы и гиены, а между ними два столба. С Андроника сорвали остатки одежды и обнаженного вниз головой привязали к столбам. Его обступили латинские наемники, которые стали дергать императора за выступающие части тела, и упражняться на нем в меткости ударов мечом. В какой-то момент мучителям показалось, что несчастный умер. Но вдруг он приоткрыл единственный уцелевший глаз, обвел взглядом стоящих с мечами вокруг него латинян, и просипел: «И не лень вам добивать лежачего?» Только ли себя он имел в виду, говоря это?
Один злодей воткнул ему меч в горло до самых внутренностей. Андроник забился в конвульсиях и невольно поднес ко рту окровавленный обрубок руки.
«Глядите, - закричал кто-то, - подыхает, а все крови не напился!».
Андроник дернулся в последний раз, и затих.

Тело его некоторое время валялось посреди города не убранное. Потом его утащили неизвестно куда. Был ли он похоронен или нет – неизвестно.

Так погиб последний ромейский император из династии Комнинов Андроник I Комнин.

16. После Андроника

Несмотря на переворот, приготовления Андроника к обороне сыграли свою роль. Вскоре сицилийский флот был вынужден удалиться от берегов империи.
Что же было дальше?

Итак, императорский род Комнинов сменили Ангелы.
Наверно, не будет преувеличением сказать, что это была самая ничтожная из династий, занимавших византийский престол за всю его историю.
Правление Исаака, начавшееся с непристойно зверского даже по представлениям XII века убийства свергнутого императора и разграбления революционной толпой дворцовой сокровищницы, продолжалось не менее замечательно. Скоро выяснилось, что у «народного избранника» нет ни воли, ни умения, ни какого-то определенного плана для управления государством, зато имеется непревзойденный талант жить не по средствам. Роскошь двора Исаака затмила времена Мануила, поборы с населения превысили все возможные границы, при этом предельно запутавшись.
Все дельные нововведения Андроника, не успев закрепиться, при Исааке Ангеле пошли прахом. Те из них, которые были введены специально оформленными законами Исаак просто не глядя «оптом» отменил. Произвол чиновником и знати возобновился с удвоенной силой.
При этом царь Исаак не смог сдержать ни дальнейшего усиления Второго Болгарского Царства на Западе, ни напора турок на Востоке.

Воспользовавшись недовольством во всех слоях византийского общества, в 1195 году родной брат императора Алексей, которому тот доверял, чуть ли не как самому себе, сверг Исаака, ослепил и бросил в тюрьму Анема, едва ли не в ту камеру, где перед этим томился перед казнью царь Андроник. Впрочем, вряд ли кто-то за пределами дворца заметил смену власти. Новый император ничем не отличался от преданного им брата, разве что этот царь по свидетельствам летописцев вообще перестал интересоваться управлением государством и подмахивал любую бумажку, какую ему ни приносили, хотя бы там предписывалось водрузить гору Афон на гору Олимп.

В это время сын ослепленного Исаака Алексей бегал по Европе, выклянчивая то у папы, то у германского императора помощь против вероломного дяди. В 1203 году он приведет под стены Константинополя орду дикарей, по недоразумению называемых крестоносцами, которые сначала при полном равнодушии народа свергнут Алексея II, а потом, не дождавшись от новоявленного Алексея III обещанного вознаграждения за помощь в занятии трона, в 1204 году разграбят Константинополь (впервые в истории!!!). Да с таким энтузиазмом, что впоследствии, сравнивая это замечательное деяние воинов Христа с захватом Царьграда в 1453 году, летописцы будут признавать, что туркам крестоносцев в жестокости и осквернении святынь переплюнуть таки не удалось.
К тому времени с событий 1185 года пройдет меньше двадцати лет. Вспоминали ли отцы семейств, бессильно смотрящие на свои разграбляемые дома и насилуемых жен, о зверски убитом ими императоре Андронике, который НЕ БЫЛ АНГЕЛОМ?
Затем латиняне раздерут Ромею на части, и будут править ее окровавленными ошметками долгие шестьдесят лет, пока патриотам не удастся вышвырнуть оккупантов из Константинополя и возродить империю из пепла.

Что касается потомков Андроника Комнина, то они оставили довольно значительный след в истории. В том же 1204 году его внуки Алексей и Давид при поддержке легендарной царицы Тамары захватили Трапезунд и основали одноименную империю, которой их потомки - Великие Комнины – правили больше двухсот пятидесяти лет. Их «портативная» империи пережила даже собственно Константинопольскую Ромею, так что иногда событием, обозначившим окончательную гибель Византии, называют не год падения Константинополя под ударами полчищ Мехмеда II, а последовавшее через восемь лет взятие им Трапезунда.

Впоследствии, представители трапезундской ветви Комнинов укоренились в Грузии, и после ее присоединения к России под фамилиями Андроникашвли и Андрониковых внесли немалый вклад в российскую историю и культуру.
Через семьсот с лишним лет после гибели нашего героя Осип Мандельштам посвятил одно свое стихотворение княжне Андрониковой. Начинается оно так:
«Дочь Андроника Комнена,
Византийской славы дочь! …»
В году, следующем после написания этих строк, империя, в которой жили и Мандельштам, и та княжна, погрузилась в хаос многолетней Смуты.

Вместо эпилога

«Будучи зверем, - писал Никита Хониат, - Андроник был украшен и лицом человеческим». Стараниями ненавидевших его Ангелов, а затем не лучше настроенных к нему крестоносцев, ни одного из многочисленных изображений человеческого лица Андроника Комнина не сохранилось. Не вглядываясь пристально, мы видим только зверя.

…После этой фразы я (andronic) хотел написать, да, вообще-то, и написал, много слов, ради которых, как мне казалось, и стоило затевать весь этот труд. Но, перечитав, понял, что написанное мной одним не нужно за его очевидностью, другие – просто не поймут, о чем я веду речь, третьи же обвинят меня в злонамеренном натягивании надуманного смысла на совершенно посторонние факты.

Поэтому здесь, может быть, чересчур поспешно, я прекращаю свой рассказ об Андронике Комнине, оставляя все домыслы, ассоциации, догадки и размышления на тему воображению читателя.
Subscribe

  • Три сосны

    На протяжении всего моего пребывания в ЖЖ наблюдаю людей, которые плутают в трех соснах. Никак не могут понять, как соотносятся - гражданство и…

  • Геополитические причины Троянской войны

    В комментариях к прошлому посту спрашивают: "И кто их [древнегреческие мифы] знал? Остановите каждого первого да спросите, из-за чего началась…

  • Сторож брату

    Увидел у Сергея Шмидта: "— Брат Дмитрий скоро воротится? — сказал Алеша как можно спокойнее... — Почему ж бы я мог быть известен про Дмитрия…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 16 comments

  • Три сосны

    На протяжении всего моего пребывания в ЖЖ наблюдаю людей, которые плутают в трех соснах. Никак не могут понять, как соотносятся - гражданство и…

  • Геополитические причины Троянской войны

    В комментариях к прошлому посту спрашивают: "И кто их [древнегреческие мифы] знал? Остановите каждого первого да спросите, из-за чего началась…

  • Сторож брату

    Увидел у Сергея Шмидта: "— Брат Дмитрий скоро воротится? — сказал Алеша как можно спокойнее... — Почему ж бы я мог быть известен про Дмитрия…