May 9th, 2008

Скрепы

7 мая. Осада Константнополя 1453 года (по Рансимену)

7 мая, через четыре часа после захода солнца, турецкие войска пошли на приступ в районе Месотихиона. Несметное число турок, вооруженных, как и прежде, приставными лестницами и крюками за поясом, устремилось к стенам через засыпанный ров. Ожесточенное сражение продолжалось около трех часов, однако турки так и не смогли прорваться через бреши в стенах и наскоро сколоченные заграждения. Чудеса храбрости рассказывали о греческом солдате по имени Рангавис, который будто бы надвое разрубил личного знаменосца султана Эмир-бея, но сам был вскоре окружен и убит.
Collapse )
Скрепы

8 мая. Осада Константнополя 1453 года (по Рансимену)

8 мая сенат Венеции дал генерал-капитану Лоредано дополнительные инструкции. Если за время плавания он получит сведения о том, что император еще не заключил мира, ему следует проследить за тем, чтобы Негропонт был должным образом подготовлен на случай обороны. Кроме того, с ним выедет посол Бартоломео Марчелло, который должен отправиться прямо ко двору султана, чтобы заверить его в мирных намерениях республики; миссия же генерал-капитана и его судов состоит лишь в том, чтобы экспортировать возвращающиеся из Леванта венецианские торговые корабли и охранять законные интересы Венеции. Султана следует побудить заключить с императором мир, а императора Константина — принять любые разумные условия. Однако, если Мехмед намерен продолжать затеянное дело, посол не должен настаивать и обязан обо всем уведомить сенат.
Скрепы

День Победы

Я еще помню конец 70-х, когда ветеранов Войны было много, и многие из них были еще не старые (и тем более не считавшие себя старыми), крепкие и энергичные дядьки. Они жили в соседних квартирах, преподавали в школе труд и НВП в старших классах, ловили за уха чересчур расшалившуюся малышню.
Еще я помню, как с школьным хором ездил на шефский концерт в госпиталь ветеранов войны. Как мы пели им всякую детскую фигню, а они добродушно улыбались и хлопали нам, не судя строго. И их был полный зал.

Сейчас, спустя тридцать лет их - ветеранов той войны - осталось уже очень мало. Они очень стары. Самым молодым - тем, кто успел повоевать в 44-45-м - за восемьдесят.

При них Война была прошлым. Для них самих - относительно недавним, бывшим при их жизни. Для нас - уже далеким, отцы многих из нас родились, когда она уже закончидлась. Но только теперь, с их уходом Великая Отечественная становится историей.
Я вижу, как для изрядного числа ныне живущих она превращается во что-то аналогичное войне с Наполеоном или вовсе Куликовской битве.

Боюсь, что это неизбежно. Но тут дело вот в чем.
Память о победах предков это ведь не только, да и даже не столько дань благодарности им за то, что сделали они, это в первую очередь, напоминание - и, вообще говоря, не столько лестное, сколько обязывающее - о том, чем мы можем быть, и если понадобится - будем.
Тогда нам, мальчишкам конца 70-х-начала 80-х, когда они были с нами, когда мы ежедневно видели перед собой этих людей, таких же, как и мы, из плоти и крови, с обычными руками и ногами, сделавших невозможное, это казалось настолько очевидным, что и не требовало особого разжевывания.

Как это будет теперь - не знаю.
Скрепы

В последний раз про "ленточки"

Желание во что бы то ни стало быть как все нормально для детей лет до 15.
Желание во что бы то ни стало отличаться от других - для молодежи лет до 25 максимум.

ИМХО, для зрелого человека важнее его собственное мнение о вещах и явлениях, а не то, совпадает оно с общепринятым или нет.

Те, для кого важнее второе, боюсь, в каком-то смысле не стали по-настоящему взрослыми.
Впрочем, многие этого и не хотят.