January 11th, 2011

Скрепы

Неожиданные впечатления от Праги

Ну, то есть, наверно, все давно это знают и давно переговорили на эту тему сто раз, это для меня они неожиданные.

1. Русский языковой "фон" в музеях, в магазинах, церквях (!), на улицах и площадях. То есть, буквально - не просто его много, а он именно основной, подавляющий. Можно, конечно, сделать скидку на наши специфические новогодние каникулы, не совпадающие с европейскими рождественскими, на впечатление от именно туристических мест, а также на склонность наших соотечественников более громогласно выражать свои эмоции по поводу, нежели слоновьи спокойные чехи.
Но все равно такое русскоязычное засилье в центре Европы приводит в некоторую оторопь.

Впечатление такое, что для русского туриста в Праге знание иностранных языков еще более бесполезно, чем в Израиле. Двое из троих встреченных ответит по-русски. Один из них и окажется русским (белорусом, украинцем, или другим рожденным в СССР), другой - чехом, учившим русский в школе и/или поднаторевшим в нем для того, чтобы объяснить дорогу до чего-нибудь, в результате делового или бытового общения с русскими.

Причем, тот первый встреченый условно русский далеко не обязательно будет туристом. Судя по всему в Праге навалом живущих и работающих там русскоязычных. И отнюдь не только рядом с Карловым мостом. Мы жили в отеле в (на?) Панкраце, районе явно не относящемся к туристическому центру. Кстати, ландшафт рядомс с отелем удивительно напоминал район метро Калужская. В одном месте у меня, вообще, было ощущение, что я сейчас выйду где-нибудь в районе дикого рынка в Мытищах (об этом - в другой раз).
Так вот там, зайдя в супермаркет, мы сначала "напоролись" на русскую tyotk'у -раздавальщицу мяса, а потом на не менее русского (судя по смачному высказыванию сквозь зубы в адрес начальства) парня-кассира с серьгой в ухе.

В последний день, спрашивая дорогу до ж/д вокзала от Вацлавской площади из четверых "опрошенных" не-русским оказался только один.

2. Встречающиеся буквально на каждом шагу в исторической части города огромные величественные невероятно красивые снаружи, роскошные внутри и абсолютно пустые церкви. В открытых - за редчайшим исключением только туристы, слушающие концерты, видимо, призванные хоть как-то компенсировать расходы на содержание не пользующихся успехом местной публики храмов.

Примерно половина церквей, когда мы до них добирались оказывалась закрыта. На наш вопрос в одном, когда же он открыт, мужик с ключами с недоумением ответил - только утром в воскресенье, не праздник же.
Громадный контраст с соседней вызывающе - по меркам современного секуляризованного мира - католической Польшей.

Я, по своему слабому разумению, предположил, что причина разницы в разительно разной роли католичества в соседних западно-славянских странах. В Польше костел был мощным фактором сохранения национальной идентичности в православной Российской империи и протестантской Пруссии. А в Чехии католическая церковь, наоборот, была частью имперской идентичности, к которой чехи были фактически принуждены весьма жесткими методами. Избавившись от империи, чехи с облегчением стряхнули с себя и церковь, превратив храмы - де-факто и/или де-юре в музеи и концертные залы (что, все-таки, лучше картофельного склада или коровника).

3. Кто-то когда-то назвал Ленинград великим городом с областной судьбой. Так вот я бы по аналогии назвал Прагу имперским городом с национальной судьбой. Создается впечатление, что маленькая Чехия "жмет" большой и величественной Праге.
Это как если бы тот же Питер отделился вместе с Ленинградской и, может быть, Псковской областью в самостийную "ингерманладскую державу". Как бы ему тесно было там.

Мне, стороннему минутному прохожему мимо, показалось, что Чехии через эту ее великую столицу обязательно придет кирдык как национальному государству, потому что ее космополитичная столица будет требовать максимальной открытости Европе и миру, до незаметного в этой Европе и в этом мире растворения.

Примерно так.
Скрепы

Золото на голубом

"- Ради этой высокой цели, к которой мы должны стремиться всей
душой,- сказал Румфорд,- я принес вам слово о новой религии,
которую каждый землянин с восторгом примет в самые заветные
уголки своего сердца.
- Границы между государствами,- сказал Румфорд,- исчезнут.
- Жажда воевать,- сказал Румфорд,- умрет.
- Вся зависть, весь страх, вся ненависть - умрут,- сказал
Румфорд.
- Новая религия,- сказал Румфорд,- будет называться Церковью
Бога Всебезразличного.
- Знамя этой Церкви будет голубое с золотом,- сказал
Румфорд,- на знамени будут золотом по голубому фону начертаны
вот какие слова: ПОЗАБОТЬТЕСЬ О ЛЮДЯХ, А ВСЕМОГУЩИЙ САМ О СЕБЕ
ПОЗАБОТИТСЯ.

- Учение этой религии будет опираться на два догмата,- сказал
Румфорд,- а именно: жалкие, ничтожные люди ничем не в силах
порадовать Всемогущего Бога, а счастье и несчастье - вовсе не
перст божий." (с) "Сирены Титана" Курт Воннегут