Андроник (andronic) wrote,
Андроник
andronic

Category:

Воронка в потолке

Одним из самых ярких впечатлений моей юности был запой.
Точнее, не собственно запой, а то, что со мной было после него.

Сам-то процесс я толком и не помню. Только какие-то фрагменты. Припоминаю, что начался он в тот вечер, когда я ходил с друзьями смотреть «Апокалипсис сейчас».
(Сразу оговорюсь, что это не Коппола меня до грехопадения довел. Ну, типа, сердечная рана, отягощенная острым ощущением собственной ничтожности и т.д. Было очень не до смеха, возникали совершенно серьезные мысли поехать в Боснию, и сложить головушку за православное дело. В том, что меня замочат в первом же бою, я нисколько не сомневался).

Просмотр фильмы был на хате бывого студента, выпи..ника второго курса, обитавшего тогда в непосредственной близости от общаги. Так, что мы после просмотра еще пару раз поглядели тот эпизод, где главный герой танцует под Моррисона, пообсуждали «Полет валькирий» и съели между делом поллитру. Потом я завернул на круг, и купил еще две бутылки проклятой.
Так оно и началось. Дальше в моей памяти короткие клипы и слайды.

Вот я сижу в чьей-то комнате, где в полутьме бродят пьяные и не очень полураздетые люди, кто-то мне дает стакан… и я исчезаю.
Вот курю в коридоре, опять же со стаканом в руке. Чудак в очках мне что-то объясняет, я что-то отвечаю ему, но вместо его и моих слов слышу только глухие удары, как из подземелья.
Вот я иду с какой-то компанией на станцию за водкой. Ни одного из своих товарищей не узнаю. Возможно, мы, и в самом деле, незнакомы.
Иду уже от станции. Чувиха урлового вида с фингалом просит закурить. Я даю. Она просит вторую. Я отвечаю цитатой из Монтеня. Она отвечает цитатой из Монтеня.
Читаю стихи первокурснице. Она почему-то слушает, теребит подобие косы. Ее пальцы напоминают мне крюки для подвешивания человеков.

Продолжалось это суток пять или шесть. Просыпаясь, я немедленно доставал откуда-то выпивку, находил собутыльников, напивался до потери сознания, и так до следующего пробуждения. Не ел, не мылся, не, не, не. Только пил и спал. Еще испытывал абстиненцию, каждый раз очень недолго.

Утром или вечером шестого или седьмого по коридору общаги двигалось нечто, внешне отдаленно напоминающее меня. Двигалось в сторону выхода. За водкой. Идущая навстречу девушка шарахнулась к стенке и проводила существо перепуганным взглядом. Сначала было легкое недоумение: я не кричал, не размахивал руками, шел спокойно. Что ее так ужаснуло?
Тут я очнулся. Вспомнил, что несколько дней назад начал пить, и, судя по всему, пил все это время. Не сбавляя шага, спустился в душ, включил воду и сел на пол.

Видимо, одежду в душе я, все-таки, снимал, поскольку в комнату вернулся сухой. Яго собрался в Москву, и я поехал с ним в другую общагу, где формально обитал. Уже в Москве на вокзале Яго сделал мне комплимент, сказав, что на человека, пившего непрерывно неделю, я не похожу. Мне вспомнился известный анекдот Довлатова про двух художников, которые после запоя выехали за город, и один из них истошно завопил другому: «Смотри, смотри – живая птица!». Я огляделся, но птиц не наблюл. Сказал об этом Яге. Тот очень внимательно и недобро посмотрел на меня, и молча указал на полсотни голубей, копошащихся у нас под ногами.

Долго ли, коротко ли я добрался до общаги. В комнате, временно по каким-то делам покинутой моими соседями, не раздеваясь, рухнул на кровать. Я собирался полчасика отлежаться, а затем заняться кое-какими неотложными делами: снять с себя пропитанную потом и прокисшей спиртягой одежду, смыть с лица выступившую и застывшую за пару часов едкую сальную корку и т.д. Но не сделал этого. И через час. И через три.

Через несколько мгновений или минут после того, как я принял горизонтальное положение, пропорции комнаты начали меняться. Потом стены стали приобретать бугры и округлости в ранее ровных местах. Цвета стали тусклыми. Сквозь потухшие предметы стали пролезать внутрь помещения другие, светящиеся, шевелящиеся и растекающиеся. Перед моим взглядом были как бы две реальности: одна – тусклая настоящая, другая – более яркая и отчетливая.

Время потекло то рывками, то тягучим расплавленным асфальтом. Через пару столетий в комнате, кроме предметов стали появляться люди и иные существа. Кое-кого из людей я знал, о происхождении существ мог догадаться. Они были из сказок, фильмов и картин, которые я когда-то видел. Ни одной совершенно незнакомой твари, как это бывает во сне, я не увидел. Звери, как правило, были полувмурованы в стены самым неестественным образом, а люди, напротив, свободно ходили по комнате и о чем-то беззвучно разговаривали между собой.
Особенно мне запомнился один мой знакомый, косвенный виновник моего нынешнего состояния. Он обратился ко мне с каким-то вопросом, которого я не расслышал. Я пригляделся, и увидел, что скелет его деформирован, особенно безобразно выглядела голова, из которой прорывая кожу, торчали острые кости. Я перевел взгляд и увидел на полу некогда любимую мной девушку, которая...

Это не был сон. Я все время сознавал, что я нахожусь в своей комнате в общежитии, скорее всего один. Понимал нереальность деформаций стен, драконов и горгулий, и, по крайней мере, некоторых людей. Возможно, кое-кто из тех, кого я видел, и впрямь, заходил ко мне. Впоследствии, я ни одного из них не спрашивал об этом. Какая-то часть меня с интересом наблюдала за моим же бредом, пытаясь понять происхождение того или иного персонажа или предмета.

Однажды я вынырнул из вялотекущего времени, обнаружил, что все фантомы исчезли, и услышал разговор за стеной. Там один из моих недавних собутыльников, всхлипывая, объяснял двоим неизвестным, какая я сволочь. Те выспрашивали у него детали моих злодеяний, и вполголоса обсуждали, как меня за это следует наказать. Один из вариантов заключался в выбрасывании меня из окна. Я стал вспоминать, запер ли я дверь, и что я буду делать, если они таки зайдут. Я не был уверен, что в этом случае у меня хватит сил и желания подняться. Еще через столетие я вспомнил, что этот мой собутыльник еще три или четыре дня назад уехал в Тулу, и возвратиться должен был нескоро.

Помню, что как-то раз, когда я посмотрел на потолок, я увидел на нем точку, которая через некоторое время оказалась воронкой. Центр потолка ушел вверх в бесконечность, и воронка стала со все ускоряющимся темпом затягивать пространство. Меня охватил беспредельный ужас. Не из-за того, что утянет и меня. Мне казалось, что в этой воронке содержится какой-то чудовищный ответ на все вопросы мира.

Продолжать можно было бы долго, но я боюсь, что многое из того, что я, как мне кажется, помню, уже впоследствии дорисовало мое воображение.

Мое возвращение в более или менее нормальное состояние произошло через двое суток, когда я проснулся с тяжелой головой, но уже вполне ясным сознанием.
Дальше все было как обычно.

С тех пор прошло больше десяти лет.
Больше таких ужасных экспериментов над своими мозгами я не проводил.

Но время от времени мне становится жалко. Почему человеческий организм так слаб, что за ТАКОЙ бред он должен платить тяжелым и необратимым расстройством здоровья? Я утешаю себя, что в жизни есть много других удовольствий и радостей, которые я могу испытать многократно, не слишком сильно разрушая себя. Но ЭТОГО я уже не испытаю. Не позволю себе.

Мне остается только помнить, но я уже почти все забыл.
Subscribe

  • Бан небесный

    Тут кто-то в FB (это важно!) помянул парадокс Ферми. У меня в ходе обсуждения родилось простое и логичное объяснение. Инопланетян во Вселенной -…

  • Верю всякому зверю

    Если верить таблице вот тут об официальном количестве заболевших ковидом, померших и излеченных по странам мира, то создается устойчивое…

  • Преступное сомнение

    В связи с баном RT читаю правила Правила Youtube "в отношении ложной медицинской информации о коронавирусной инфекции COVID-19". Вот такой пассаж:…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments