Андроник (andronic) wrote,
Андроник
andronic

Categories:

Мемуары о короне

Вроде случай у меня вполне ординарный. Но один друг попросил меня написать, так я подумал, может, еще кому будет интересно.
В общем, в ноябре-декабре я переболел короной. Довольно тяжело.

1. Началось это у меня 15 ноября. Появилась «мужская» температура 37,2. Слабость и легкая тошнота. В понедельник поднялось до уже солидных 38.
Жена и старший сын к тому времени уже переболели. Оба недужили относительтно легко – один день недомогания, три дня с температурой, потом выздоровление. Поэтому и насчет меня особо не беспокоились. К врачу не обращались. Лечился я так же, как они – постельный режим, витамины C и D, много жидкости и сбивание температуры, если выше 38,5.
Когда нюх пропал, не помню. Но ощущение поначалу было очень странное. В первый момент почти как слепота – важный источник информации о мире исчез. Потом привык.
И еще – почти сразу даже не то, что аппетит пропал, а еда в меня просто перестала лезть. Пара ложек и все – будто перегородка, дальше – ни в какую. С питьем получше, но тоже вливал в себя с трудом.
2. В пятницу 20 ноября вдруг что-то пошло не так. Сначала даже поучаствовал в семейном ужине в честь для рождения младшего. Потом температура скакнула до 40. Решили утром, если облегчения не будет, вызвать врача.
3. Утром лучше не стало. Вызвали врача. Приехал часа в 3 пополудни веселый мужик с баулом. Послушал спину, сказал, что в нижних отделах легких нехорошо. Остальная дыхалка в порядке. Выписал антибиотик, средство для отхаркивания, жаропонижающее. Почти все лекарства сразу выдал.
Сказал ему про свою астму. Он мне велел раза три в день пшикать из ингалятора.
Под конец я его спрашиваю: а вот еще такая странность – почти не ем уже неделю, а вес – тот же. Врач так на меня посмотрел долгим взглядом. Потом говорит: «Я вот что скажу (длинная пауза) – пустое это всё». Как мне ни было плохо, но пробило на ржач.
4. Вторую половину субботы и все воскресенье честно жрал таблетки. Появился кашель. Кашлял натужно, с мокротой. К вечеру обессилел. Поднялась температура. Стали сбивать – не сбивается. Нурофен, чай с малиной – хренушки.
К вечеру начались проблемы с дыханием. Причем не такие как при астме – со спазмами, а тупо – вдыхаешь, а оно не вдыхается. Некуда.
Вызвали скорую.
5. Скорая прибыла достаточно быстро. Неотложец был уже полностью упакован во что-то вроде ОЗК и маску. Он в отличие от участкового сочетанием деятельности и спокойствия напоминал бодхисатву.
Послушал. Сказал без особых эмоций, что у меня воспаление во всех отделах с обеих сторон. Померял сатурацию – 90%.
И опять же бесстрастно сообщил: «Госпитализируем».
Я уже к тому моменту понял, что не избежать, но всё равно сердце ёкнуло. Из детства о больницах у меня остались воспоминания хреноватые.
6. Оделся, собрал майки, трусы, зубную щетку-пасту, бритву. Читалку с закачанным Гиббоном (4 недочитанных тома – можно месяц в больницы развлекаться). И поехал.
Неотложный врач меня уложил на кушетку и дал маску с кислородом. Всю дорогу был настолько вежлив и предупредителен, что мне стало сильно не по себе.
7. Привезли меня в больницу на Волоколамке. Взяли мазок, почему-то два раза подряд две медсестра и врачиха задали один и тот же список вопросов. В основном анкетные данные, как начал болеть и хроника. Астма говорю и непереносимость глютена. Медсестра просто записала, врачих где-то отметила и сказала, чтоб насчет диеты не беспокоился.
8. Отвели меня в палату.
Палата оказалась четырехместная.
В остальном – практически идеальная. Потолки – метров пять. Наверху какая-то штука, я так понял – климат-контроль с внешним управлением. И на самом деле – было не холодно и не жарко, не сухо и не влажно, без сквозника, но с циркуляцией и т.д. Внутри палаты – собственные туалет и душ. У каждой койки на стене устройство для снабжения больных легких кислородом и куча розеток. И всё – от батарей до душа исправное и добротное.
И чистота. Насчет запахов – не в курсе.
Ну еще до кучи – холодильник, микроволновка, чайник электрический. Телевизор был. Но его никто не включал – и слава богу.
Мне постелили и надели кислородную маску. Что-то вкололи. И температуру навеки как рукой сняло. Ну, по крайней мере по сию пору.
9. Утром совсем рано отвели на КТ этажом ниже. Сказали одно легкое – 25%, другое – 30%. В принципе, не так катастрофически как я ожидал.
10. Утром же, но чуть позже пришла женщина-врач, тоже вся изолированная по нехочу, но с кокетливой прядью из-под капюшона.
Сообщила, что лежать мне две недели. Будут меня колоть антибиотиками, антикоагулянтами и, если расстроится желудок, будут давать таблетки. Велела дышать кислородом и лежать на животе. В крайнем случае на боку.
11. Режим строгий. За дверь палаты не выпускают. Персонал заходит в палату исключительно люто упакованный. Заходили, чтобы поставить уколы, взять кровь из вены (у меня раз семь брали –правая рука как у наркомана), осмотреть, поставить капельтницу (не мне), перестелить постель и всё такое.
Не знаю, где как – а у нас персонал был исключительно вежливый, с учетом того, что двое моих однопалатников ругались и жаловались несколько не по делу. Ну, больной человек – понятно, нервный, ему плохо. Но когда с понимаеним к этому относятся медики, это производит хороше впечатление.
12. Я один раз не сдержался, наорал на медсестру, развозившую еду. Врачи-то мою безглютеновую диету учли. Проблема была в том, что у раздатчиц пищи с пониманием моих проблем хреновато. Всё норовили мне то суп с перловкой подсунуть, то и вовсе с лапшей. И хлебушка болезному положить. С учетом того, что у меня глютен даже в небольших дозах почти мгновенно вызывает бронхиальный спазм (как такой спазм сочетается с двухсторонней пневонией, даже думать боюсь). Пару раз чудом увернулся.
Но, кстати, еда была, понятно, больничная, но свежая и даже вкусная. И нередко с выбором из двух блюд. Однако.
13. За время моего пребывания в больнице в палате сменилось человек восемь, включая меня. Судя по всему, у врачей сейчас стратегия такая. Относительно тяжкого довести до более-менее кондиционного состояния, сразу отправить его долечиваться домой и сразу на его место – нового. Конвейер.
Не знаю, как где, но у нас койки не пустовали. Должно быть, нынче ситуация и впрямь напряженная.
14. Состояние у сопалатников было разное. От одного, который выглядел очень весело, ходил по палате и все время названивал по телефону до другого, которому температуру сбили только на шестой день и который пару дней пролежал под капельницей.
Вышеупомянутый бородач по прибытии утверждал, что только что из реанимации.
Но все, кого выписывали, были в заметно лучшей форме, чем в момент, когда я их в первый раз видел.
15. С соседями мне повезло. Девять дней из десяти моего пребывания в палате – молчаливые, вежливые и деликатные. Сознательно и строго соблюдающие дистанцию.
Только в последний день поселил сразу двоих новых. Полковника милиции глубоко пенсионного возраста и странноватого бородача, крайне болтливого и суетливого, кажется, бывшего рабочего. И эти товарищи языками сцепилсь на тему великих достижений и кровавых преступлений СССР. Причем ахеджачил, вопреки ожиданиям, милиционер, а бородач защищал родину.
Представьте, что кто-то у Вас над ухом начнет вслух громко читать ЖЖ-срач на политическую тему – и так три часа кряду, а Вы не заткнуть его не можете, не отключить.
16. Из семи моих сопалатников было двое жителей ближнего Пожмосковья и один квази-моквич из Зеленограда. Остальные – москвичи из разных углов.
Понятия не имею, как обстоят дела в других московских больницах, но в этой всё – от содержания до обслуживания у меня вызвало очень хорошее впечатление. Но мои сопалатники вовсе не производили впечатление каки-то блатников. Возможно, просто повезло.
17. Последний день мне несколько смазал впечатление. В 14 часов пришел лечащий врач – другой, не прежняя девушка, а огромный как Шрек мужик. Сообщил, что результаты второго КТ – те же 25%-30%. Но это хорошо и классно. Это означает стабилизацию. Последнйи анализ крови – просто фантастически замечательный. Так что собирайтесь, в 15.30 Вас отвезут домой.
В результате машина за мной приехала только в 9 вечера. Всё эо время я как дурак сидел с собранными вещами и слушал спор национал-предателя с красно-коричневым.
18. Домой, как я уже сообщил, меня отвезли на больничной машине.
19. С тех пор лечусь дома. Улучшение идет медленней, чем я надеялся, но идет. Через неделю дополз до компа. Сейчас уже нормально работаю на удаленке.
Дышать всё еще трудно, но уже не так, как раньше.
Позавчера приезжали взять мазок. Вчера сообщили, что мазок отрицательный.
Засим заканчиваю дозволенные речи.

Subscribe

  • Тордесильясский договор 2.0

    Президент Владимир Зеленский считает, что Ватикан мог бы стать оптимальным местом для встречи с его российским коллегой Владимиром Путиным.…

  • 40 лет

    "В отношении 122 иностранных граждан, являющихся участниками несанкционированных акций и протестов на территории Москвы, в соответствии с пунктом 1…

  • Вопрос к тем, кто сомневается

    Почему вы не верите, что готовился переворот в Белоруссии (в ФБ и ЖЖ множество ехидных реплик на этот счет)? Что именно в самой этой идее или…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 49 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Тордесильясский договор 2.0

    Президент Владимир Зеленский считает, что Ватикан мог бы стать оптимальным местом для встречи с его российским коллегой Владимиром Путиным.…

  • 40 лет

    "В отношении 122 иностранных граждан, являющихся участниками несанкционированных акций и протестов на территории Москвы, в соответствии с пунктом 1…

  • Вопрос к тем, кто сомневается

    Почему вы не верите, что готовился переворот в Белоруссии (в ФБ и ЖЖ множество ехидных реплик на этот счет)? Что именно в самой этой идее или…