Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

Аутизм

Досье

Ниже - ссылки на некоторые тексты, дающие представление о том, в чей журнал Вы попали

ЭКСПИРИЕНС АНДРОНИКА
Успешный человек
Тигр! Тигр!
Воронка в потолке
Базар-вокзал - 92
Смотрящее

ПОУЧИТЕЛЬНЫЕ ИСТОРИИ ИЗ ЖИЗНИ ЯГО
Поучительные истории из жизни Яго-1,2,3,4,5,6,7
Поучительные истории из жизни Яго-8
Поучительные истории из жизни Яго-9
Поучительные истории из жизни Яго-10

КОЕ-ЧТО ИЗ РИФМОВАННОГО
Подручный
Никто иной
Оборотень в Москве
Тот, кого нет
Фанар
Почти перевод старого польского стихотворения
Ребус

АШВЕН
Секта Ашвен. Начало
Секта Ашвен. Продолжение
Секта Ашвен. Окончание
Аппендикс

ВИЗАНТИЯ
История Андроника Комнина, рассказанная andronic’ом (все ссылки)
Юбилейное - 1204 год(коллаж)
Крушение Константинополя (сон)

ПРОСТО ТАК
Как наши с ихними друг друга не поняли
(История отношений с забугорьем
в оговорках, опечатках и непечатках)

Цитадель одиннадцати

МОЯ ФАНТАСТИКА НА САМИЗДАТЕ
Вот тут
Скрепы

(no subject)

Может, Вы сейчас решите, что я из лесу вышел, но не могу молчать.
Несколько дней назад ходил на спектакль в неблольшом театрике. Спектакль всего на два актера, но зал держали все два часа безотрывно. И текст, и тема хороши, но главное - бесподобная игра. Чрезвычайно понравилось.

Но вот уже который день меня не оставляет мысль - какого же хрена этих же самых актера и актрису снимают в такой х//не?? Потому как оба играют в телесериалах, причем мужик-то - очень востребованный. Но, господи - куда же его "востребуют"?! У меня пара знакомых один из сериалов, где он снимается уже не один год, смотрит по принципу "это так плохо, что даже хорошо". Вот буквально - серия за серией смотрят и ловят немыслимый кайф от какой-то линчевской жути-бессмыслицы происходящего на экране. Только у Линча эта атмосфера - из головы придумана, а авторов этого шедевра - видимо, из внутренней их естественной сущности.

То есть, к ним-то самим претензий нет: актер - профессия зависимая. Куда режиссер-продюсер позовет, туда и идут. И не у всех есть возможность быть особо разборчивым. семью кормить надо. Но вот те типы, которые этими микроскопами гвозди заколачивают - у них какая логика?
Точно ли так в наших краях все плохо - ни сюжетов хороших днем с огнем, ни режиссеров толковых?

Справедливости ради - в проклятом забугороном мире чистогана и не такое бывает.
Помню, в кои-то веки собрались мы с женой в кино сходить. Тогда показывали новую экранизацию "Восточного экспресса". В ролях (барабанная дробь) - Кеннет Брана, Пенелопа Крус, Уиллем Дефо, Джуди Денч, Оливия Колман, Джонни Депп, Мишель Пфайффер (восклицательных знаков поставить на свой вкус). Вложили полста лямов вечнозеленых. Сняли бессмысленную унылую хрень.
Вот тут уже никаких оправданий - ни одному из этих суперталантливых миллионеров не забуду-не прощу.
Скрепы

ТРИ СЕСТРЫ КОТОРЫХ НЕ ЖАЛКО

Известный кощуник и осквернитель святынь Константин Богомолов поставил в МХТ имени Чехова «Три сестры». Вчера ходил на премьеру. Более внимательные люди чем я, там видели некоторую часть бомонда – кучу известных актеров, Познера, Юдашкина и помощника Урганта из «Вечернего Урганта» (не того, который маленький, а того, который длинный). Похоже, после интерпретации русской классики Богомоловым в «Братьях Карамазовых» и «Волках и овца» (и «Чайке», но ее я не смотрел) многим было интересно, как он надругается над «Сестрами».

Вопрос, случилось ли надругательство, в моем понимании остался открытым. С одной стороны, совсем уж безумств как в «Карамазовых» вроде отождествления старца Зосимы с чертом или благословления стулом вместо иконы как «Волках и овцах», не стряслось. Ну, разве что случилось исполнение роли барона Тузенбаха Дарьей Мороз и хоровое пение действующими лицами «Давайте выпьем, Наташа» из репертуара Андрея Державина (еще когда он был красивый мальчик -до того как побрился налысо и поступил на службу в «Машину времени»). Так это против бесконечного издевательства в «Идеальном муже» - полная фигня.

Но чтобы извратить… пардон, творчески переосмыслить замысел автора, в принципе, в исподнем по сцене прыгать и не обязательно. В случае с «Сестрами» я привык, что, как бы очередной режиссер сюжет не интерпретировал, действие там всегда идет от ощущения молодости, прекрасных порывов, больших надежд и ожидания светлых перемен к усталости, опошлению, мельчанию устремлений и потере иллюзий. И в центре этой истории – три красивых, чистых, чрезмерно для своего провинциального города развитых сестры, вокруг все действие и вертится, в случае которых трагичность ситуации обостряется. Грустная, циничная и мизантропическая история, в сущности. И жизненная, что последние сто к крышкой лет задевает зрителей больше всего.

Это, сколько я видел экранизаций и постановок – такой инвариант, тут уж не поменяешь (казалось бы). Но Богомолов ухитрился Чехова перемизантропить так, что уже и для цинизма места не осталось. У него все ясно с самого начала и никакого движения от надежд к их крушению не происходит.

Спектакль начинается со знаменитой сцены, где сестры говорят о необходимости трудиться и о том, что вот-вот уедут в Москву. В постановке Богомолова сестры сидят с совершенно каменными, тупыми лицами и монотонно, еле слышно скороговоркой барабанят текст. Не знаю, кто как, я так это понял, как почти назойливое указание, что не верят они в то, что говорят ни на копейку – ни про светлое будущее, ни про Москву. Говорят, потому что им так положено. У них такой статус (как самых развитых, возвышенных в городе). Главные героини красивы внешне, но изображены абсолютно несимпатичными. Так весь спектакль живут, такими до конца и остаются.

С остальными персонажами та же история. Я привык, что обычно грубоватость врача Чебутыкина изображается как некий защитный механизм мягкого человека. А у Богомолова циник – он циник и есть. Соленый – вовсе отвратен, без всяких полутонов. И непонятно, почему его так долго терпит Тузенбах. Отношения Вершинина с Машей изображены, насколько это возможно, неприглядно. И т.д.

Очень любопытно изображена невестка сестер. Опять же обычно ее эволюция от просто не слишком умной и образованной на их фоне милой девушки до домашнего монстра, олицетворения мещанства и пошлости, должна контрастировать с их падением – совсем другим, трагическим, отражающим потерю чего-то в их случае, в отличие от нее, настоящего, что могло бы быть, но не случилось. Богомолов же, как будто, сделал все, чтобы Наталья, говоря тот же самый неизменный чеховский текст, отличалась от них как можно меньше. Мол, на самом деле, и нет никакой разницы.

Тузенбах (в исполнении Дарьи Мороз) – единственный, кто вызывает хоть какое-то сочувствие. Ну, так его сам Чехов убивает. Спектакль заканчивается ретроспективой – как Тузенбах на большом экране поет «Давайте выпьем, Наташа, сухого вина». Как будто постановщик хочет нам показать, что во всей этой истории только эта сцена и есть что-то настоящее. Ну а то, что настоящим оказывается пение провинциальным офицером песенки бум-тыц-тыц с туповатым текстом – ну так (говорит Богомолов) откуда лучше-то взять, хоть этому порадуйтесь.

Богомолову никого не жалко (ну, может, кроме барона, который в постановке единственный любит убедительно). И это отсутствие жалости он пытается «продать» зрителям. Весьма убедительно пытается, как все, что он делает.
В общем, постановка мне очень понравилась – режиссура прекрасная, актеры играют превосходно, замысел постановщика реализовал более, чем убедительно. Ну а что сам замысел такой – так если не нравится, нечего на Богомолова ходить.

Скрепы

Кощуник и мизантроп Богомолов

Меня тут попросили отрецензировать только что посмотренный спектакль. Запостил на ФБ. Решил и сюда выложить.

Валя (жена) подсела на театрального режиссера Богомолова. Ну и я, стало быть, тоже. Давеча посмотрел в Табакерке его «Волки и овцы» (или «Волков и овец»?) Островского.

Признаться, популярность Островского в советских-российских театрах меня всегда удивляла. По мне так он сильно устарел и интерес представляет чисто исторический. Это не для того, чтобы с кем-то поспорить до драки, а к тому, что нынче я – вот такой Островского не понимающий - был приятно удивлен. В богомоловском варианте обычный для Островского занудно назидательный сюжет смотрелся весьма живо. Определенно сыграло роль применение множества больших и мелких богомоловских «фишек» – от введения в качестве действующего лица собачки Тамерлаши, в классическом варианте естественным образом присутствующей исключительно за сценой, до побудки Глафиры Купавиной среди ночи с распиванием шампанского, «густое» наполнение пространства спектакля действием в виде перемигиваний, многозначительных жестов, недоуменных пауз и много чего еще. Игра актеров, на мой дилетанский взгляд, оказалась вовсе бесподобной (кстати, великолепно играла Чиповская – я по ее кино- и телеролям даже представить не мог, что она, оказывается, может так играть). Текст отредактирован (улучшен - не хватайтесь за сердце), так же на мой дилетантский взгляд, удачно.

В общем, в интерпретации Богомолова Островский изрядно выиграл.

Раньше я уже ходил на богомоловских же «Идеального мужа» и «Братьев Карамазовых» в МХТ. По «трем точкам» уже какая-то общая картинка вырисовывается.

С одной стороны, по всем трем спектаклям вместе все то же самое – режиссура блистательная, подбор актеров и их игра (а это тоже не в малой степени заслуга режиссера) великолепная. Выстраивание спектакля по мельчайшим эпизодам такое, чтобы зритель буквально ни на минуту не расслабляется. И это – не отдельный успех, прорыв. Это уже почерк. И проверенный метод. И осознанный подход.

С другой, последний спектакль – в отличие от двух увиденных ранее практически лишенный попыток осовременивания – как мне кажется, высветил для меня несколько чисто мировоззренческих особенностей Богомолова-режиссера. Или даже Богомолова-человека.

Так вот, насчет того, что Богомолов «родину не любит» (а такие разговоры постоянно ходят) теперь определенно могу сказать - это чистая клевета.

(Теперь извиняюсь перед его почитателями - я, как бы и сам)

Все проще: он людей не любит. Как таковых. То есть, они ему, безусловно, страшно интересны как объект наблюдения, а также в случае зрителей – как объект воздействия, если не сказать - манипуляции (а также в актерской ипостаси как инструмент). Но вот сочувствия к героям, которое у ходульного, картонного Островского есть (опять почитателям Островского – по голове не бейте, я сейчас не о нем), у Богомолова нету нисколечко. Он их, вроде, и оживляет, но так, что сострадать им совсем не возникает желания. Иногда кажется, что он предпринимает специальные усилия, чтобы зрительского сопережевания не допустить. Скажем, такое впечатление, что не уместную и невозможную в оригинале сцену танца-секса между Чугуновым и Купавиной – страдательным персонажем пьесы, Богомолов вводит исключительно, чтобы зритель ей не дай бог не посочувствовал.

Еще, конечно, некоторую оторопь вызывает отношение Богомолова даже не к Церкви, а к вере, как таковой. В «Братьях» у него Зосиму и черта играет один и тот же актер. В «Муже» священник выглядит фигурой зловещей, и, вообще, вся линия, связанная с религией изображена издевательски. В «Волках и овцах» ладно, что лицемерная набожность Мурзавецкой выпячена до предела. Это еще можно как-то потребностями действия объяснить. Но вот стул в виде иконы и благословление им (стулом) жениха и невесты – это уже беспримесное глумление. Создается впечатление, что тут – что-то личное.

Вот такой не впервые обнаруживаемый парадокс. Мрачный мизантроп, кощуник и бесцеремонный попиратель святынь делает настоящее большое искусство. Как к этому относиться? Ну не знаю – я пока что употребляю продукт, безусловно и очевидно «отравленный» нескрываемым взглядом художника на род человеческий, поскольку уж больно продукт хорош.

Как это отразится на моей нравственности и гуманизме – посмотрим.
Скрепы

Спектакль по одностишию

Скрепы

Конгломерат-4. Иван Давыдов и А.П.Чехов

Разговор с населением российской властью и в ельцинскую эпоху, и позже понимался как род театрального спектакля: мы изображаем заинтересованность в вашем мнении, вы платите нам любовью или хотя бы лояльностью. Для спектакля требовалась масса разнообразного народу – начиная от сценаристов, и заканчивая переводчиками, способными доходчиво перетолковать реплики главных действующих лиц, так, чтобы и не отягченные средним неспециальным образованием граждане поняли.

И вот вдруг толпа людей оказалась вовсе без дела. Их существование не оправдано, как прежде, опасениями власти, поскольку у власти не осталось опасений...
"...словом, все жизни, все жизни, все жизни, свершив печальный круг, угасли... Уже тысячи веков, как земля не носит на себе ни одного живого существа, и эта бедная луна напрасно зажигает свой фонарь.На лугу уже не просыпаются с криком журавли, и майских жуков не бывает слышно в липовых рощах.
Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно..."

"Чайка"